Я наклонился поближе и вдохнул горячий воздух. Тут же я почувствовал, что становлюсь лёгким и отрываюсь от земли. Тогда я снова вдохнул и опять взлетел.

Это было удивительно! Мало-помалу я научился задерживать в себе горячий воздух и подниматься к верхушкам деревьев. Так я забавлялся полночи, пока догорал костёр.

Я посидел на ветке большого тополя и на чьём-то балконе. Все уже спали, только и одном окне горел свет, а из другого торчала длинная труба, направленная в небо. Какой-то человек смотрел в эту трубу.

Я тоже посмотрел в небо. Когда-нибудь я научусь взлетать так высоко, что смогу потрогать луну и покачаться на облаке. Я сам с собой разговаривал, смеялся и был очень доволен. Ведь летать могут только птицы и осенние листья.

* * *

В эту ночь старый Деревянный Ящик долго не мог заснуть. Ему чудился запах роз, у него кружились голова, кружились мысли, и он бормотал нескладную песню:

Поверьте, поверьте, глубокоуважаемые, Я был полон розами до краёв, Как сад. А если не верите, глубокоуважаемые, Тогда извините, Розы возьмите, А слова я беру назад. * * *

В эту ночь Проказник снова навестил Девочку. Как и в первый раз, он не знал, что делать и чем ей помочь. Зато хорошенько рассмотрел комнату, всё обнюхал и решил, что мог бы пожить здесь немного, если бы его пригласили.

Но его никогда никто не приглашал. Наоборот, кричали «брысь». Когда дети собирались его погладить, взрослые кричали: «Не трогай, он грязный!»

«Да, я грязный, — думал Проказник. — Если бы они жили в подвалах, тоже были бы грязные. Можно целый день себя вылизывать, как некоторые кошки, но мне это противно. Я не собираюсь быть чистым для того, чтобы меня гладили».

Всему этому учил Проказника Умник. Но он не учил его жалеть Девочку. Это получилось само по себе.